Современная нейробиология продемонстрировала, что психоделики, такие как ЛСД, псилоцибин и аяхуаска, значительно снижают активность сети пассивного режима работы мозга. Благодаря этому он как бы “перезагружается”, с чем связывают высокую продолжительность терапевтических эффектов психоделиков.

Что такое сеть пассивного режима работы мозга?

Это взаимосвязанная группа участков мозга, которая отвечает за самонаблюдение и внутренний диалог, включающий рефлексию и самокритику. Повышенная активность данной сети способствует возникновению блуждающих мыслей и позволяет представлять ментальное состояние других людей (так называемая теория сознания), а также “путешествовать во времени” в своих мыслях, проецируя себя в прошлое или будущее.

 

Функционирование сети пассивного режима работы мозга считается важным аспектом для ясного, обыденного сознания. Больше всего она активна во время отдыха, когда внимание не направлено на какую-то внешнюю задачу или стимул. Например, если человек при прохождении компьютерной томографии не будет ничего делать, его разум начнет блуждать, а вы увидите участки мозга, которые становятся активными при работе этой сети.

 

Функциональные связи сети развиваются с момента рождения вплоть до зрелого возраста, при этом они не будут полностью активны, пока ребенку не исполнится примерно пять лет, когда у него появляется стабильное ощущение личной идентичности или эго.

 

По мере взросления мы учимся реагировать на жизненные стимулы по установленной схеме, формируя привычные пути связи между участками мозга, в частности в его сети пассивного режима работы. Со временем эти пути становятся все более выраженными, и мозг начинает ограничиваться только ими. Такие связи становятся нашим “режимом работы по умолчанию”, в котором мы действуем в мире, и это влияет на наше восприятие реальности.

 

Если говорить с точки зрения эволюции, была выдвинута гипотеза, что сеть пассивного режима работы мозга играет важную роль в нашем выживании, помогая формировать стабильное ощущение своего “я” и отличать себя от окружающего мира. Психиатр Мэттью Браун описал сеть как отдел мозга, который “напоминает вам, кто вы есть”.

Гиперактивность сети пассивного режима работы мозга и психические расстройства

При некоторых психических заболеваниях эта сеть становится особенно активной, например, при депрессии, тревоге и ОКР. Как объяснил Мэттью Браун, это выражается в виде излишне резкой критики, ригидного мышления и зацикленности на автоматических негативных мыслях о себе.

 

Представьте, что на вечеринке вы рассказали шутку, которую остальные встретили неловким молчанием. Поначалу люди могли подумать, что она не очень смешная, но обычно о таких ситуациях быстро забывают, сменив тему разговора. Однако вечером вы можете начать изводить себя мыслями о том, какое у вас плохое чувство юмора, как глупо вы выглядели и как другие люди наверняка осудили вас за ваши слова, из-за чего вам может быть сложно заснуть. Это классический пример гиперактивности сети пассивного режима работы мозга и зацикленности на негативных мыслях, которые часто возникают у тех, кто страдает от депрессии, тревоги и ОКР.

Как психоделики влияют на эту сеть?

Психиатр и исследователь аяхуаски Саймон Раффел сравнивает воздействие психоделиков на человека с дефрагментацией компьютера. При их употреблении активность сети пассивного режима работы значительно снижается, а связей с остальными участками мозга становится больше.

 

“Исследования визуализации мозга предполагают, что психоделики после их усвоения уменьшают активность работы сети пассивного режима работы мозга. В результате ощущение собственного “я” временно пропадает, а зацикленность на мыслях снижается. Мозг в состоянии глубокой медитации демонстрирует сходные признаки: у него наблюдается повышенная активность путей, которые обычно не используются. Данный процесс сравнивают с дефрагментацией компьютера. На основе этого можно предположить, что сеть начинает работать более связанно. Мы считаем, что это может быть одной из причин, по которой выраженность тревоги и депрессии снижается”.

 

Благодаря способности психоделиков прерывать активность сети пассивного режима работы мозга, они обладают высоким терапевтическим потенциалом, позволяя изменять цепочки негативных мыслей. Например, в исследовании Имперского колледжа Лондона оценивалась эффективность лечения с помощью псилоцибина у двенадцати пациентов с тяжелой депрессией. Результаты показали, что такая терапия смогла значительно улучшить их состояние на период до трех месяцев.

 

В последующем исследовании предполагалось, что лечебное действие псилоцибина было связано с его способностью “перезапускать” сеть пассивного режима работы мозга, отключая ее и восстанавливая в более гибком состоянии.

 

В целом, на основе полученных данных, можно выдвинуть гипотезу о том, что психоделики повышают пластичность нашей психики. Вот почему выраженность депрессии и тревоги уменьшается после пережитого психоделического опыта.

 

Мэттью Браун предложил следующую аналогию:

“Постоянно делая одно и то же, мы протаптываем своеобразную тропинку. Она издавна нам знакома, и по ней легко идти. Однако в какой-то момент приходит осознание, что может быть и другой путь, более перспективный, и вы пытаетесь пройти по нему. Психоделики “скашивают траву” на этом пути, чтобы сорняки не казались слишком высокими, и вам было немного проще”.

Теория энтропийного мозга и редуцирующий клапан

Психоделики временно нарушают целостность высокоорганизованной системы сети пассивного режима работы мозга, приводя к “менее упорядоченной нейродинамике” и повышенной энтропии (или к большему хаосу). Другими словами, между участками мозга, которые обычно отделены друг от друга, начинают возникать более открытые и свободные связи.

 

Согласно теории энтропийного мозга, состояние сознания, вызванное психоделиками, можно сравнить с состоянием в раннем детстве, когда мы испытываем изумление и любопытство, изучая совершенно неизведанный мир вокруг нас.

 

Примерно об этом же рассказывал писатель и философ Олдос Хаксли в эссе “Двери восприятия”, где он вспоминал о своем психоделическом опыте. Он описывал измененное сознание как “Весь Разум”, во всей его полноте, так как он дает нам доступ к большему набору функций, позволяя установить связь с безграничным состоянием коллективного сознания, которое выходит за рамки индивидуальности. Хаксли предположил: “Для того, чтобы сделать биологическое выживание возможным, поток Всего Разума должен быть направлен через редуцирующий клапан мозга и нервной системы”.

 

В этом случаем слова “редуцирующий клапан” можно воспринимать как метафору сети пассивного режима работы мозга, которая в какой-то степени нужна для того, “чтобы защитить нас от этой массы, в основном, бесполезного и не имеющего смысла знания […], оставляя лишь очень маленькую и особую подборку того, что, вероятнее всего, окажется практически полезным”.

Сеть и смерть эго

В 2016 г. в инновационном исследовании Имперского колледжа Лондона ученые применили комбинацию методик нейровизуализации, чтобы измерить электрическую активность мозга у 12 участников и проверить, связана ли она с полученными эмпирическими данными об их психологических реакциях на ЛСД.

 

Результаты показали, что снижение активности вследствие приема ЛСД тесно связано с субъективным ощущением смерти эго. То есть сеть пассивного режима работы мозга является важной частью представлений человека о самом себе.

 

Ученые университета Джонса Хопкинса опубликовали похожее исследование, которое продемонстрировало, что псилоцибин способен вызывать у участников мистический опыт, в том числе смерть эго. Испытуемые считали эти переживания крайне значимыми, и они положили начало изменениям в их поведении и отношении к миру в лучшую сторону.

 

В основном именно наше эго, наше “я” создает негативный образ мышления и фокусирует нас на нем. В условиях депрессии и тревоги мы зацикливаемся на себе и неспособны сделать шаг назад, чтобы увидеть всю картину целиком. Эго возводит границы, из-за которых мы чувствуем себя изолированными от людей вокруг нас и теряем связь с природой и даже самими собой.

 

В состоянии растворенного эго эти границы рушатся, и вы начинаете видеть все на макроскопическом уровне. Вы больше не являетесь отдельной личностью, оторванной от жизни, а связаны со всем, что происходит вокруг. Это не логический, а эмпирический опыт невероятной любви и воссоединения.

 

Когда Мэттью Брауна спросили о терапевтических последствиях смерти эго, он объяснил, что этот опыт может оказаться крайне целительным, так как наше сознание расширяет рамки нашей индивидуальности, становясь единым целым с природой.

 

Вы понимаете, что совершенно ничего не значите и, возможно, это прозвучит как признание поражения. Однако вы просто человек, который живет совсем мало в рамках существования вселенной, и эта истина дарит освобождение“.

 

Несмотря на то что смерть эго может привести к глубоким личностным открытиям и принести терапевтическую пользу, она также может оказаться ужасающей. Автор книги “Changing our Minds” Дон Латтин напоминает нам о том, что она может быть “пугающим и поучительным опытом”, который “во многом зависит от того, готовы ли исследователи разума к путешествию, какой багаж они несут с собой и кто их сопровождает”.

 

Возможно, самое интересное в смерти эго и временной “перепрошивке” мозга с помощью психоделиков заключается в долгосрочном лечебном эффекте, который сохраняется и после того, как вещество прекращает действовать. “Перезапуск” сети пассивного режима работы мозга и запоминающийся опыт, вызванный психоделиками, часто описывают как самые значимые события в жизни человека. Такие переживания позволяют нам освободиться от негативных моделей мышления, стать более психологически гибкими и убрать преграды между собой и миром вокруг нас, придя к пониманию того, что наше место — во взаимосвязанной паутине жизни.

 

Источник

Перевод и адаптация: hs420.net

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.